|
 |
Интервью с Бенитой Ферреро-Вальднер, комиссаром ЕС по внешним связям и европейской политике добрососедства
Для комиссара по внешним связям и европейской политике добрососедства традиционное для ЕС подведение итогов, связанное с завершением года, а также то, что с января начинаются шесть месяцев председательства Австрии в ЕС, означали одно — удлинение рабочего дня и уплотненный график. И рождественскому настроению, уже охватившему Брюссель, судя по всему, врываться в этот офис еще рано. Нужно подождать до официальных выходных.
Наша встреча с г-жой Ферреро-Вальднер состоялась во вторник под вечер. Немного уставшая, но как всегда элегантная, комиссар крепко пожала мне руку и предложила сесть.
— Вы часто говорите, что Украина — европейская держава и близкий сосед ЕС. Полагаете, переговоры о смене Украиной статуса «соседа» на членство в ЕС начнутся скоро?
— У меня нет ответа на этот вопрос. Сейчас мы поглощены работой по углублению отношений с Украиной в контексте политики добрососедства, поскольку здесь еще не все возможности использованы.
Политика добрососедства — не для членства, и она также не определяет будущее заранее. Наша четкая политика — создание большей безопасности для обеих сторон — для граждан Украины и для наших граждан, для стабильности Украины и для стабильности ЕС.
Как мы это делаем? Прежде всего поддерживаем реформы в Украине (здесь еще многое предстоит). На прошлом саммите были достигнуты многообещающие результаты, в частности вашей стране присвоен статус страны с рыночной экономикой, но еще не все законы, необходимые для вступления в ВТО, приняты Верховной Радой. Как только они будут утверждены, будем начинать переговоры по соглашению о свободной торговле. По-моему, это и будет следующим шагом. Но, как я уже говорила, все это — в рамках политики добрососедства.
— В Украине очень многие членство в ЕС и в НАТО воспринимают в одном пакете. Простите, возможно, вопрос наивный, но если бы Украина вступила в НАТО, гарантировало бы это автоматическое предоставление членства в ЕС?
— НАТО и ЕС — две разные организации, членство в них иногда совпадает, а иногда нет. У нас свои принципы и условия — копенгагенские критерии. Мы принимаем решения на основе оценки политического и экономического развития страны, ее способности принять на себя обязательства, связанные с членством, а также наши возможности принять нового члена. У НАТО иные критерии.
— В одной из статей вы писали, что «даже до этих событий [«оранжевой революции»] ЕС намеревался перевести статус отношений с Украиной на более высокий уровень». Вы также заявляли, что ЕС хочет «быстрых результатов для Украины — результатов, соответствующих ее ожиданиям в отношении будущего и перемен, способных улучшить жизнь каждого».
К сожалению, многие граждане Украины не считают, что за 2005 год многое изменилось в отношениях Украина— ЕС. Читатели нашей газеты часто пишут: «Мы лишь слышим «план действий» или «политика добрососедства» наряду с массой обещаний как от украинских чиновников, так и от представителей ЕС, но не видим реальных результатов».
Что бы вы ответили в связи с этим?
— Я понимаю нетерпеливость ваших граждан, в том числе читателей «2000» — им не всегда видна работа в рамках европейской политики добрососедства или по воплощению плана действий. Простите, но мне кажется, разъяснять эти моменты — обязанность прессы. Процитированные вами критические замечания беспочвенны — за год мы достигли тесного сотрудничества между ЕС и Украиной. Достаточно напомнить об упрощении визового режима, о статусе рыночной экономики и о более глубокой экономической интеграции вашей страны и единого рынка ЕС.
— Как вы оцениваете борьбу с коррупцией в Украине? И если нынешнее правительство говорит об успехах в этой сфере и решении приватизационных проблем, то почему объем иностранных инвестиций резко сократился в этом году?
— Коррупция — одна из наиболее важных проблем, с которыми сегодня сталкивается Украина. Если она не будет решена, ваша страна не сможет реализовать свой потенциал. Очевидно, что президент Ющенко решил бороться с коррупцией, но работы еще непочатый край.
Существует ряд факторов, оказывающих влияние на иностранные инвестиции — такие как предсказуемая законодательная и регуляторная политика, а также хорошо функционирующая система правосудия. Для Украины также было бы огромным преимуществом предпринять оставшиеся шаги, необходимые для подготовки к вступлению в ВТО, в частности следует принять ряд важных законодательных актов, все еще ожидающих одобрения в ВР.Вступление в ВТО — ключ, способный открыть Украине доступ к множеству новых возможностей, включая соглашение о зоне свободной торговли с ЕС.
— Какие конкретные преимущества принесет рядовому украинскому гражданину (а не бизнесменам, ученым и студентам) более тесное сотрудничество с ЕС?
— Это зависит от того, как далеко готова пойти Украина в сотрудничестве, и особенно в улучшении стандартов демократии, борьбе с коррупцией и укреплении верховенства права.
Более тесная интеграция непременно будет способствовать повышению уровня благосостояния, новым возможностям передвижения и трудоустройства.
— Влияют ли на позицию, занимаемую ЕС в вопросе возврата в Украину нелегальных мигрантов, а также на ход переговоров по реадмиссии (передаче мигрантов) документы вроде отчета организации Human Right Watch (HRW) «Украина: на рубежах», опубликованного в конце ноября?
В данном отчете HRW предлагает ЕС с целью обеспечения надлежащих условий нелегальным мигрантам (избравшим Украину в качестве транзитной страны для въезда в ЕС или ожидающим возвращения на родину в Украине) обеспечить финансовую помощь Украине, поскольку она не обладает необходимыми ресурсами для решения этих вопросов.
Будет ли в соглашении о передаче нелегальных мигрантов учтено предоставление такой помощи?
— Соглашение о реадмиссии, по которому сейчас ведутся переговоры с Украиной, — обязательное дополнение к соглашению об упрощении визового режима, обсуждаемого параллельно. Мы знаем, как важно облегчить для украинцев получение визы, но мы не можем этого предпринять без гарантий, которые дает соглашение о реадмиссии.
Что касается обращения с лицами, возвращенными в Украину, понятно и без слов, что ЕС будет удовлетворен только полным соблюдением прав человека и прочих законных прав.
На недавнем саммите ЕС— Украина подтверждалась готовность ЕС выделить значительные средства в соответствии с AENEAS (программой сотрудничества с третьими странами в сфере миграции и получения убежища. — Н. К.).
— Украинский МИД объявил, что ожидает завершения работы над текстом соглашений по реадмиссии и упрощении визового режима к концу января. Воспринимает ли Европейская комиссия эту ситуацию так же оптимистично? Когда можно ожидать подписания обоих соглашений?
— Мы будем продолжать переговоры до тех пор, пока обе стороны не будут удовлетворены результатами. Надеюсь, много времени это не займет.
— Вы возглавляли протокольную службу Генсека ООН Бутроса Гали. Что можете сказать о профессионализме специалистов протокольного отдела украинского МИДа?
— Поскольку Украина проявляет больше открытости и ищет свое место на международной арене, протокольная служба ее МИДа будет становиться все более профессиональной.
— Участвовали ли украинцы в этом году в программе YOUTH («Молодежь»)? Если нет, то что этому воспрепятствовало, поскольку Украина считается «приоритетным регионом номер один» в данной программе согласно информации на сайте Europa?
— ЕС приветствует активное участие украинской молодежи в программе YOUTH. Данных за 2005 год пока нет, но количество одобренных проектов с участием ваших молодежных организаций значительно возросло — с 13 в 2000-м до 75 в 2004 г.
— Политика Евросоюза состоит в том, чтобы предоставлять статус рыночной экономики только в том случае, если страна соответствует определенным критериям. Один из них — отсутствие попыток вмешательства государства в процесс ценообразования. Правительство Украины за прошедший год неоднократно предпринимало подобные попытки, в частности весной пыталось установить контроль над ценами на топливо.
Тем не менее статус государства с рыночной экономикой Украина получила. Но многим украинцам кажется, что вмешательство государства в процесс ценообразования, как и ряд других шагов, дестабилизирующих экономику и вызвавших торможение экономического роста страны, не было учтено при решении ЕС вопроса о предоставлении такого статуса. Что вы можете сказать на подобные критические замечания?
— Дело в том, что статус страны с рыночной экономикой связан с техническими факторами, имеющими отношение к возможному демпингу в экспорте. Решение было принято только на саммите 1 декабря потому, что мы убедились: все технические требования были учтены и соблюдаются. Четкое обязательство украинских властей избегать вмешательства в процесс ценообразования стало ключевым аспектом в данном вопросе. Комиссия продолжает тщательно отслеживать ситуацию.
— В начале этого года вы намеревались «изучить основные направления промышленного экспорта Украины в ЕС и там, где это допустимо, начать постепенную либерализацию». Уточните, пожалуйста, что сделано в этом направлении?
— В этом году Украина и Европейская комиссия начали разрабатывать соглашение об оценке соответствия и приемлемости промышленной продукции (ACAA). В первую очередь надлежит «увязать» юридическую систему Украины (в вопросах технических норм, стандартизации и процедур оценки соответствия) и соответствующих инфраструктур с нормами и стандартами ЕС.
Это длительная работа, поскольку надлежит решить технически сложные вопросы. Думаю, то, что 1 декабря ВР приняла закон о технических стандартах (ориентированный на ЕС), значительно ускорит процесс. Надеюсь также, парламентом будут поддержаны и другие необходимые законы, например, об общей безопасности продукции.
— Комментируя разногласия в украинско-российских переговорах о цене на газ, вы заявили, что стороны способны самостоятельно решить эту проблему.
— Я не уверена, что наша позиция была точно отражена в СМИ. Конечно, переговоры между Украиной и Россией — вопрос двусторонних отношений, и ЕС приветствует достижение справедливого компромисса между сторонами. Должна быть исключена возможность нарушения режима поставок и соблюден принцип постепенного перехода к рыночным ценам. Сотрудничество ЕС с Украиной в энергетической сфере поможет Украине приспособиться к рыночным ценам, а также внедрить энергосберегающие технологии.
— А если компромисс не будет достигнут до конца этого года, вмешается ли ЕС?
— Понятно, что вопрос не из легких. Он очень важен для обеих сторон (России и Украины), но лучший метод разрешения трудных вопросов — это диалог. В текущий момент выработка решения зависит от обоих партнеров. Я никогда не даю ответов на гипотетические вопросы. Если проблема будет действительно большая, посмотрим.
Но в настоящее время, я уверена, что стороны в состоянии решить этот вопрос.
