История никогда не воспринимается такой, какой она являлась на самом деле, поскольку ее более позднее изложение редко не связано с идеологией. Это наглядно демонстрирует и проходящая в настоящее время в Немецко-русском музее в Берлине выставка школьных учебников разных стран под названием «Помнить Сталинград». Выставка приурочена к 60-й годовщине Сталинградской битвы зимой 1942/1943 годов.
Что касается трезвой оценки этого сражения, пишет немецкая газета «Берлинер морген-пост», то оно не было ни решающим поражением вермахта на Восточном фронте, — достаточно сказать хотя бы, что разгром группы армий «Центр» летом 1944 года был связан с куда большими потерями; ни поворотным моментом во второй мировой войне, — фактически она была проиграна в декабре 1941 года под Москвой и объявлением США войны Гитлеру. Но Сталинград является символом, наиболее запечатлевшимся в воспоминаниях пунктом второй мировой войны, что можно сравнить с Аушвицем для холокоста.
Идеологическая нагрузка битвы
С одной стороны, это определяется идеологической нагрузкой, с которой велась эта битва. Именно в этом городе, носившем имя Сталина, Гитлер намеревался достичь военной победы над Советским Союзом, — вопреки всей стратегической и тактической логике. В свою очередь, советский диктатор любой ценой стремился удержать именно этот город. Состоящая из двух тематических разделов, выставка демонстрирует документы идеологической инструментализации сражения еще во время продолжавшихся боев. Это обстоятельство и делает выставку чрезвычайно интересной и значительной. Кстати, как и другие выставки, проходящие в небольшом музее на двух языках.
Роль Сталинграда в культуре памяти
С другой стороны, еще важнее роль Сталинграда в культуре памяти, которая сложилась под влиянием исторических событий после 1945 года. И это наиболее отчетливо заметно на противопоставлении школьных учебников, по которым училось молодое поколение в двух разных Германиях. На Западе доминировали два образа — большевистского мясника и мужественно сражающегося немецкого пехотинца, которого командование бросило на произвол судьбы. Такому восприятию битвы способствовали за пределами школы романы Фритца Весса «Собаки, вы хотите жить вечно?» и Гейнца Г. Конзалика «Сталинградский врач», по которым были поставлены кассовые фильмы, а также бесчисленные брошюры и репортажи средств массовой информации.
В свою очередь, на востоке Германии были в ходу антифашистские мифы, подкреплявшиеся, например, романами Вилли Бределя «Специальный путеводитель» и Франца Фюманна «Поездка в Сталинград». Официальные же советские власти распространяли героическое видение этого истребляющего сражения, в котором погибло 500 тысяч красноармейцев, вероятно столько же гражданского населения и полностью был разрушен сам город.
Но до конца 60-х годов советские учебники даже не задавались вопросом о военной стратегии Кремля 1942/1943 годов, а само имя Сталинград пало жертвой десталинизации в начале того десятилетия. Конечно, выставка школьных учебников и сопровождающих их пропагандистских материалов не может подменить серьезного научных исследований, но она, без сомнения, способствует корректировке личной точки зрения посетителей на Сталинград. Хотя для каждого из них этот процесс не обязательно является безболезненным.
